Неточные совпадения
Сказав таким образом о заблуждениях и о продерзостях людей наглых и злодеев, желая, елико нам возможно, пособием господним, о котором дело здесь, предупредить и наложить узду всем и каждому, церковным и светским нашей области подданным и вне пределов оныя торгующим, какого бы они звания и состояния ни были, — сим каждому повелеваем, чтобы никакое сочинение, в какой бы науке, художестве или
знании ни было, с греческого, латинского или другого
языка переводимо не было на немецкий
язык или уже переведенное, с переменою токмо заглавия или чего другого, не было раздаваемо или продаваемо явно или скрытно, прямо или посторонним образом, если до печатания или после печатания до издания в свет не будет иметь отверстого дозволения на печатание или издание в свет от любезных нам светлейших и благородных докторов и магистров университетских, а именно: во граде нашем Майнце — от Иоганна Бертрама де Наумбурха в касающемся до богословии, от Александра Дидриха в законоучении, от Феодорика де Мешедя во врачебной науке, от Андрея Елера во словесности, избранных для сего в городе нашем Ерфурте докторов и магистров.
Я, по счастию моему, знаком стал в доме одного из губернских членов, в Новегороде, имел случай приобрести в оном малое
знание во французском и немецком
языках и пользовался книгами хозяина того дома.
Я чувствовал, однако, что, хотя это начало было очень блестяще и вполне доказывало мое высокое
знание французского
языка, продолжать разговор в таком духе я не в состоянии.
Проверяя свое
знание немецкого
языка, Самгин отвечал кратко, но охотно и думал, что хорошо бы, переехав границу, закрыть за собою какую-то дверь так плотно, чтоб можно было хоть на краткое время не слышать утомительный шум отечества и даже забыть о нем.
Он попытался было жаловаться на то Дефоржу, но
знания его во французском
языке были слишком ограничены для столь сложного объяснения; француз его не понял, и Антон Пафнутьич принужден был оставить свои жалобы.
Сам г-н Бетлинк в книге своей не берет на себя основательного
знания этого
языка и ссылается на другие авторитеты.
Один из якутов, претендующий на
знание русского
языка, старался мне что-то растолковать, но напрасно.
Так как у тунгусов нет грамоты и, следовательно, грамотных людей, то духовное начальство здешнее, для опыта, намерено разослать пока письменные копии с перевода Евангелия в кочевья тунгусов, чтоб наши священники, знающие тунгусский
язык, чтением перевода распространяли между ними предварительно и постепенно истины веры и приготовляли их таким образом к более основательному познанию Священного Писания, в ожидании, когда распространится между ними
знание грамоты и когда можно будет снабдить их печатным переводом.
Выросши из периода шалостей, товарищи поняли его и окружили уважением и участием, потому что, кроме характера, он был авторитетом и по
знаниям. Он походил на немецкого гелертера, знал древние и новые
языки, хотя ни на одном не говорил, знал все литературы, был страстный библиофил.
Тут я нашел одну старуху, которая еще помнила свой родной
язык. Я уговорил ее поделиться со мной своими
знаниями. С трудом она могла вспомнить только 11 слов. Я записал их, они оказались принадлежащими удэгейцам. 50 лет тому назад старуха (ей тогда было 20 лет) ни одного слова не знала по-китайски, а теперь она совершенно утратила все национальное, самобытное, даже
язык.
Саша ее репетитор по занятиям медициною, но еще больше нужна его помощь по приготовлению из тех предметов гимназического курса для экзамена, заниматься которыми ей одной было бы уж слишком скучно; особенно ужасная вещь — это математика: едва ли не еще скучнее латинский
язык; но нельзя, надобно поскучать над ними, впрочем, не очень же много: для экзамена, заменяющего гимназический аттестат, в медицинской академии требуется очень, очень немного: например, я не поручусь, что Вера Павловна когда-нибудь достигнет такого совершенства в латинском
языке, чтобы перевести хотя две строки из Корнелия Непота, но она уже умеет разбирать латинские фразы, попадающиеся в медицинских книгах, потому что это
знание, надобное ей, да и очень не мудреное.
И пророчества прекратятся, и
языки умолкнут, и
знание упразднится.
Но тем с большей решительностью притязаниям «гнозиса» [Гнозис — в пер. с греч. означает «
знание», «познание», здесь: вообще наука.], нисколько он хочет заместить собой триединство веры, надежды и любви, должно противопоставляться смирение верующей любви, которая одна «никогда не престанет, хотя и пророчества прекратятся, и
языки умолкнут, и
знание упразднится» (1 Кор. 13:8).
Одному дается Духом слово мудрости, другому слово
знания тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различие духов, иному разные
языки, иному истолкование
языков.
Старик Филимонов имел притязания на
знание немецкого
языка, которому обучался на зимних квартирах после взятия Парижа. Он очень удачно перекладывал на русские нравы немецкие слова: лошадь он называл ферт, яйца — еры, рыбу — пиш, овес — обер, блины — панкухи. [Искаженные немецкие слова: Pferd — лошадь; Eier — яйца; Fisch — рыба; Hafer — oвec; Pfannkuchen — блины.]
Он был бы смешон в тридцатилетнем человеке, как знаменитое «Bettina will schlafen», [Беттина хочет спать (нем.).] но в свое время этот отроческий
язык, этот jargon de la puberte, [жаргон возмужалости (фр.).] эта перемена психического голоса — очень откровенны, даже книжный оттенок естественен возрасту теоретического
знания и практического невежества.
Из Закона Божия — Ветхий завет до «царей» и
знание главнейших молитв; из русского
языка — правильно читать и писать и элементарные понятия о частях речи; из арифметики — первые четыре правила.
— Мы знакомы еще с того шального вечера, когда вы поразили нас всех
знанием французского
языка и когда вы говорили. То, что вы говорили, было — между нами — парадоксально, но зато как это было сказано!.. До сих пор я помню тон вашего голоса, такой горячий, выразительный… Итак… Елена Викторовна, — обратился он опять к Ровинской, садясь на маленькое низкое кресло без спинки, — чем я могу быть вам полезен? Располагайте мною.
Знание немецкого
языка облегчало всякие сношения. Я мог сразу всем пользоваться вполне: и заседаниями рейхсрата (не очень, впрочем, занимательными после французской Палаты), и театрами, и разговорами во всех публичных местах, и знаменитостями в разных сферах, начиная с"братьев славян", с которыми ведь тоже приходилось объясняться на"междуславянском"диалекте, то есть по-немецки же.
Про этого Калошина говорили мне и в России (что я слыхал позднее), и в Мадриде, что он щеголял прекрасным
знанием не только литературного и светского кастильского
языка, но и разными диалектами иберийского полуострова.
Берг был еще тогда холостой и жил неизменно в Европейской гостинице. Вейнберг жил также временным холостяком в отеле"Маренж"в ожидании переезда на прекрасную квартиру как редактор"Варшавского дневника", что случилось уже позднее. Он был еще пока профессором русской литературы, а Берг читал русский
язык и был очень любим своими слушателями, даже и поляками, за свое
знание польского
языка и как талантливый переводчик Мицкевича.
Когда мы к 1 сентября собрались после молебна, перед тем как расходиться по классам, нам, четвероклассникам,объявил инспектор, чтобы мы, поговорив дома с кем нужно, решили, как мы желаем учиться дальше: хотим ли продолжать учиться латинскому
языку (нас ему учили с первого класса) для поступления в университет, или новому предмету, «законоведению», или же ни тому, ни другому. «Законоведы» будут получать чин четырнадцатого класса; университетские — право поступить без экзамена, при высших баллах; а остальные — те останутся без латыни и
знания русских законов и ничего не получат; зато будут гораздо меньше учиться.
Его ум, бойкость, талантливость,
знания, дар слова — все это покрывалось каким-то налетом великого самомнения, резкостью тона, манер и
языка и давало всегда чувствовать его непомерное тщеславие и желание играть роль.
Как гимназистиком четвертого класса, когда я выбрал латинский
язык для того, чтобы попасть со временем в студенты, так и дальше, в Казани и Дерпте, я оставался безусловно верен царству высшего образования, университету в самом обширном смысле — universitas, как понимали ее люди эпохи Возрождения, в совокупности всех
знаний, философских систем, красноречия, поэзии, диалектики, прикладных наук, самых важных для человека, как астрономия, механика, медицина и другие прикладные доктрины.
Ей он — по уверению этих приятелей — был многим обязан по части
знания быта и, главное,
языка, разговоров, бесчисленных оттенков юмора и краснобайства обитателей тех московских урочищ.
Тогда
знание немецкого
языка среди французских писателей, ученых и журналистов было большой редкостью. А Франция владела ведь тогда целыми двумя немецкимипровинциями — Эльзасом и Лотарингией.
Испанский (или, правильнее, кастильский)
язык не так полнозвучен, как итальянский. В его произношении есть какая-то обязательная шепелявость (буквы"с"и"z"), но он, особенно в устах женщин, имеет только ему принадлежащую нежность, а в порывах мужского красноречия может подниматься до громовых звуков и до высокой благозвучности. Мы, русские, очень мало им интересуемся, даже и до последнего времени. А тогда у нас и совсем не было в ходу хоть какое-нибудь
знание испанского
языка.
Пока мы стоим на почве психологического описания, но нужно перевести эти психологические свойства
знания на гносеологический
язык.
Все у него ладно, во всех научных дисциплинах хорошие отметки: по тактике, военной администрации, артиллерии, химии, военной истории, высшей математике, теоретической топографии, по военному правоведению, по французскому и немецкому
языкам, по
знанию военных уставов и по гимнастике.
Пиши: «Он читает на двух
языках все, что выходит замечательного по всем отраслям человеческих
знаний, любит искусства, имеет прекрасную коллекцию картин фламандской школы — это его вкус, часто бывает в театре, но не суетится, не мечется, не ахает, не охает, думая, что это ребячество, что надо воздерживать себя, не навязывать никому своих впечатлений, потому, что до них никому нет надобности.
Много проделал он проказ, но они всегда сходили ему с рук сравнительно легко — имя Аракчеева было для него могущественным талисманом. Впрочем, он учился хорошо, способности его были бойки, его
знанием иностранных
языков были все восхищены. На лекциях закона Божьего он читал Вольтера и Руссо, хотя, правда, немного понимал их, но тогда это было современно: кто не приводил цитат из Вольтера, того считали отсталым, невеждой.
Леонтина Робертовна, сама не особенно сведущая в разных науках, добросовестно, однако, передавала своей ученице, к которой она привязалась всем своим пылким стародевственным сердцем, скудный запас своих
знаний, научила ее практике французского
языка и давала для чтения книги из своей маленькой библиотеки.
Его еще не существовало, только в газетах передавались слухи, что он проектируется; сообщалось, что для поступления будет требоваться аттестат зрелости в объеме курса мужских классических гимназий, с
знанием латинского и греческого
языков.
Для меня все условия были очень подходящие. Я решил по окончании курса подать прошение на эту стипендию, а пока стал усиленно заниматься английским
языком; я был в нем слаб, а
знание его требовалось для стипендии наравне с немецким и французским.
На другой же день начались похождения Чудинова. Прежде всего он отправился в контору газеты и подал объявление об уроке, причем упомянул об основательном
знании древних
языков, а равно и о том, что не прочь и от переписки. Потом явился в правление университета, подал прошение и получил ответ, что он обязывается держать проверочный экзамен.
Приехав во Францию, я скоро познакомился с некоторыми проживающими там русскими и благодаря моему
знанию русского
языка был введен ими всюду и представлен как их соотечественник, русский офицер Савин. Моя веселая, даже расточительная жизнь в Париже и Ницце дала мне скоро некоторую известность, про меня часто писалось в газетах: о моих лошадях, выездах, об огромных выигрышах и проигрышах в карты и дуэлях.
Ей он обязан превосходным
знанием французского
языка, он с любовью учился у нее ее родному говору, прислушиваясь к чарующей музыке ее речей…
Молодец-казак щеголяет
знанием татарского
языка и, разгулявшись, даже с своим братом говорит по-татарски.
— Что, камрад, бон водка? — спрашивает он, подходя к смуглому французу с озадаченным видом. — Вулеву-анкор? — неожиданно говорит он, приводя в изумление товарищей таким
знанием французского
языка.
Увы! хотя все и учились в морском корпусе и у «англичанина», и у «француза», но
знания их оказались самыми печальными: ни один не мог прочитать английской книги, и двое с грехом пополам знали французский
язык.
Заслуги Андреа перед правлением были неисчислимы. Из его головы целиком вышел гениально-мошеннический проект разорения первой компании предпринимателей, и его же твердая, но незримая рука довела интригу до конца. Его проекты, отличавшиеся изумительной простотой и стройностью, считались в то же время последним словом горнозаводской науки. Он владел всеми европейскими
языками и — редкое явление среди инженеров — обладал, кроме своей специальности, самыми разнообразными
знаниями.
Дух аристократизма, а по-тогдашнему — барства высшего круга, веял над этим семейством. Блестящее, по тогдашнему времени, воспитание,
знание французкого
языка, напудренные головы, фижмы — все резко отличало семейство Похвисневых даже среди других аристократических семейств первопрестольной столицы.
Тогда он явился в Рим и, как верный католик, сошелся с иезуитами, оценившими его недюжинные способности, а главное
знание русского
языка.
Дарья Михайловна изъяснялась по-русски. Она щеголяла
знанием родного
языка, хотя галлицизмы, французские словечки попадались у ней частенько. Она с намерением употребляла простые народные обороты, но не всегда удачно. Ухо Рудина не оскорблялось странной пестротою речи в устах Дарьи Михайловны, да и вряд ли имел он на это ухо.
Отряд на сопке оказывается японским в похожем на русское обмундировании, чем и воспользовались, вместе со
знанием русского
языка, хитрые «макаки».
Несмотря на его офицерские эполеты, он не достиг ещё гражданского совершеннолетия — ему нет двадцати одного года, но вместе с тем всестороннее образование его прямо поразительно — он не только свободно говорит и читает на трёх
языках: французском, немецком и английском, но успел прочесть на них очень много, знаком с русской и иностранной литературой, со всеобщей историей, философскими учениями и естественными науками, увлекается химией, физикой и оккультными
знаниями, ища между ними связи, в существовании которой он убеждён.
Для меня следом многолетнего пребывания француза являлось превосходное
знание Аполлоном французского
языка, с одной стороны, и с другой — бессмысленное повторение пьяным поваром Игнатом французских слов, которых он наслышался, прислуживая гувернеру.
Конечно, всех поразило вчерашнее пророчество, и немногого
знания немецкого
языка нужно, чтобы понять, что звезда по-немецки «stern»…
Остерман, сын пастора вестфальского местечка Бокума, потом студент Иенского университета, где запасался обширными
знаниями, шутя и ставя профессору восточных
языков (Керу) своею любезностию рога и своими остроумными куплетами ослиные уши, там же за честь свою поцарапал кого-то неловко и оттуда бежал в тогдашнее пристанище людей даровитых — под сень образователя России.
Ему не нужно подбирать слова и блистать мишурным
знанием: и без этого
язык у него как бритва.